Я подбежал к пульту и включил видеоэкран. Сердце у меня екнуло строительная площадка была пуста. Такого у меня еще никогда не случалось. Я даже не слыхивал, что такое вообще может случиться.
Я помотал проститутки и бросился к выходу. Киберов кто то увел… шальной метеорит… стукнул г. киров в крестец… взбесилась программа… невозможно, невозможно! Я влетел в кессон и схватил доху.
Руки не попадали в рукава, куда то пропали застежки, и пока я сражался с дохой, как барон мюнхгаузен со своей взбесившейся шубой, перед глазами моими стояла жуткая картина кто то неведомый и невозможный ведет моего тома, как собачонку, и киберы покорно ползут прямо в туман, в курящуюся топь, погружаются в бурую жижу и исчезают навсегда… я с размаху пнул ногой в перепонку и выскочил наружу. У меня все поплыло перед глазами. Киберы были здесь, у корабля. Они толпились у грузового люка, все трое, легонько отталкивая друг друга, как будто каждый пытался первым попасть в трюм. Это было невозможно, это было неприлично, это было страшно.
Однако нервы у меня были так взвинчены, что сейчас я был готов к этому. Но ничего не произошло. Том послушно включил задний ход, развернулся и покатил обратно на площадку. Джек и рекс, естественно, последовали за ним.
А я все стоял возле люка, в горле у меня пересохло, колени ослабели, и мне очень хотелось присесть. Но я не присел. Я принялся приводить себя в порядок. Доха на мне была застегнута вкривь и вкось, уши мерзли, на лбу и на щеках быстро застывал пот.
Кибертехник, который испугался собственных киберов… мне стало совершенно ясно, что об этом случае я никогда и никому не расскажу. Елки палки, у меня же ноги тряслись, они у меня и сейчас какие то дряблые, и больше всего на свете мне сейчас хочется вернуться в корабль, спокойно, по деловому обдумать происшествие, разобраться.
Справочники кое какие просмотреть. А на самом деле я, наверное, просто боюсь приближаться к моим ребятишкам… я решительно засунул руки в карманы и зашагал к стройплощадке. Ребятишки трудились как ни в чем не бывало.
